Путешествие во времени в Сайншанд и обратно

Добавить в закладки

Удалить из закладок

Войдите, чтобы добавить в закладки

28.11.2020 08:26
0

Читать все комментарии

446

В Монголии я бывал дважды. Первая моя "турпоездка" состоялась давно. И продолжалась долго: с 1979 по 1981 год.

Программа путешествия тогда была очень насыщенной, хотя и несколько однообразной. Поскольку в качестве организатора двухлетнего тура выступало министерство обороны СССР. А в роли принимающей стороны незабываемо проявил себя артиллерийский полк в городе Сайншанде. Восточно-Гобийский аймак, Дорноговь.

И вот спустя много лет я снова побывал на родине Чингисхана. Двухнедельная на этот раз поездка оказалась удачной. И прежние ностальгические воспоминания освежить удалось. И увидеть многое из того, что в годы армейской службы просто осталось за кадром.

А всё потому, что по ходу этого увлекательного вояжа нас с женой, так как поехали мы вдвоём, ненавязчиво курировала и во многом помогала одна замечательная семья из Улан-Батора. Санчирмаа, которая и стала нашим гидом во время поездки по стране, училась у моей жены в Красноярском педагогическом колледже имени Горького. Потом она ещё окончила Улан-Баторский педагогический университет. И сейчас учится в аспирантуре в одном из университетов московских.

Так вот она и встречала нас на перроне железнодорожного вокзала в столице Монголии. Вместе с матушкой и братом. Баир, кстати, прекрасно, очень чисто говорит по-русски. Лучше многих русских и русскоязычных в России. Пройдя жёсткий конкурсный отбор, он стал студентом МГИМО, успешно окончил его и вернулся домой. Работает по специальности.

И вообще вся их семья - красноречивая, но, пожалуй, всё же не самая типичная иллюстрация истории смены поколений в стране. Многие люди нашего возраста и даже помоложе русский язык до сих пор помнят. Потому как в школе его учили. Нередко оканчивали вузы в СССР и сохранили с тех пор добрые воспоминания о нашей стране.

Вот и отец Санчирмы и Баира, уже, к сожалению, ушедший из жизни, тоже в своё время учился в Советском Союзе. Потом работал журналистом у себя дома. Матушка работала врачом. Опять-таки и она по сей день хорошо говорит по-русски.

Однако времена давно и резко изменились. Дружба наших стран основательно подиссякла. Один бизнес да совместные военные учения и остались. В школах и вузах язык Пушкина и Толстого почти совсем учить перестали. И язык Довлатова тоже перестали. А потому основная часть монгольской молодёжи сегодня отнюдь не блещет хотя бы даже сносным владением "великим и могучим".

На нас уже больше не равняются. Учат английский. Когда во время поездки мы пересекались с молодёжью, приходилось переходить именно на него. Да и вообще ориентация в умах этой молодёжи, похоже, всё больше на Японию и Южную Корею.

Ну, а нам, путешественникам, в дороге было не до высоких материй. Мы быстро познакомились со встречавшим нас гостеприимным семейством во время остановки поезда "Москва - Пекин". И отправились в дальнейший путь. В сторону Гоби, Сайншанда и других интригующих нас мест. И теперь уже Санчирмаа потихоньку и ненапряжно учила нас жить в Монголии. За что ей, доброму и душевному человеку, и самая искренняя наша благодарность.

И, кстати, ещё немного прикладной филологии. В поездке сразу обратило на себя внимание, что вышколенные и улыбчивые китайские проводники очень старательно делали вид, что по-русски не понимают абсолютно ничего. И все попытки обратиться к ним с вопросом на русском неизменно повисали в воздухе. Ну да бог с ними. Вагон-то всё равно хороший был, комфортабельный, чистый.

Чем дальше ехали, тем острее были воспоминания. И спать уже совсем не моглось. Вышел из купе и очень долго смотрел в окно. Пейзажи замечательные. В Монголии вообще природа очень красивая. Тем более что это было начало июля. Воспоминания армейские в голове просто ходуном ходили.

Прежние стада яков, верблюдов, овец. Селенга извилистая. Однако традиции уже вкупе с новациями. Возле почти каждой юрты одна-две легковушки. На юртах - спутниковые тарелки. Кое-где шеренги ветряков. Память сразу услужливо подсказывала: "При нас такого не было".

А когда за окном показалась вокзальная вывеска "Чойр", сердце ещё сильнее заколотилось. В Чойре когда-то стоял штаб нашей 41-й мотострелковой дивизии. Несколько раз мы приезжали из Сайншанда в этот гарнизон по разным надобностям.

Но веселее всего стало, когда наконец-то добрались до Сайншанда. Причём очень удачно вышло то, что опять же Санчирмаа прямо на вокзале сумела найти хорошего человека, который стал нашим гидом на все дни пребывания в городе. Очень жаль только, что я, увы, забыл, как его зовут. А этот человек с внешностью борца-тяжеловеса или штангиста сделал тогда для нас очень много. На своей машине он свозил нас повсюду.

Мы побывали и на том месте, где когда-то стоял наш полк. От которого не осталось никаких следов. Абсолютно всё снесено, перекопано, из земли извлечены все трубы и кабели. "И сданы китайским скупщикам",- на хорошем русском уточнил наш гид. Кстати, что касается отношения монголов к китайцам, то оно, как нам показалось в целом ряде ситуаций, не самое доброжелательное. По разным причинам.

Как бы то ни было, но после долгих хождений по руинам полка и вычисления координат я всё-таки определил примерное место, где стояла моя родная казарма. Мне кажется, я не ошибся. И запечатлелся на этом историческом месте.

Потом добрались и до площадки, где прежде были расположены большие склады артвооружения. И там мне опять же доводилось бывать неоднократно - на дальних постах в полковом карауле. Что характерно, эти самые склады потом взлетели на воздух с оглушительным грохотом. По вине часового-балбеса, решившего пострелять сусликов. Но всё это, слава богу, разразилось уже после моего дембеля.

Словом, побывали мы во всех памятных и интересующих нас местах. В частности, на месте снесённой школы, в которой учились дети военнослужащих. И наш провожатый, кстати, тоже там учился. В числе всего лишь двух монгольских детей на всю школу.

А я так однажды первого сентября охранял это замечательное учебное заведение в гарнизонном карауле. Шла торжественная линейка, но дети были без цветов. Их там взять просто негде было. Я стоял возле школьного крыльца с автоматом и тихо радовался мирной жизни.

Заезжали мы и на место опять же снесённого до основания гарнизонного Дома офицеров. Где иногда втихую тоже удавалось бывать в армейские годы. Причём по ходу дела выяснилось, что после нас в Северном городке был построен ещё и небольшой бассейн. Его, однако, тоже снесли. Как сказали нам, ликвидировали и всё жильё, построенное для семей советских военнослужащих. Объясняли, что эксплуатация была экономически невыгодна. Кто его знает, как оно там на самом деле было.

И ещё нам показали в Сайншанде одну историческую постройку. Гостиницу, сложенную из плит с демонтированных зданий советской армейской эпохи. Единственное такое здание на весь город. Это, конечно, замечательно. Но вот только интересно, а куда же все прочие высвобожденные стройматериалы делись?

Заехали и на заброшенное старое советское кладбище на окраине. Там лежат те, кто когда-то строил трансмонгольскую железнодорожную магистраль. На многих памятниках, уже давно бесхозных, надписи стёрлись. Имена и фамилии не прочитать. Эпоха ушла. И об этих людях, наверное, уже никто нигде и не помнит. Жестокая судьба.

Побывали мы и в музеях города. В тех самых, куда наши отцы-командиры неоднократно обещали сводить нас. Однако так и не сводили в итоге. Руки как-то не дошли. Да и считалось тогда, что в Сайншанде-то, мол, и смотреть не на что. А потому, дескать, и увольнения ни к чему. А ведь зря так говорили - музеи-то очень интересные. Нам понравилось.

Пристально разглядывали мы и фонтан в самом центре города. Особенно я. Потому как во времена оны в частях гарнизона был жёсткий дефицит воды. В казармы её подавали по строгому распорядку - ненадолго утром и вечером. И артезианские скважины тоже, как сейчас помню, охраняли посты гарнизонного караула. Самолично участвовал в этом процессе. А тут целый фонтан щедрый! Хотя красиво, конечно. Особенно томным летним вечером.

Порадовало, что далёкий от столицы город активно строится, прирастает новыми нарядными кварталами. Современные гостиницы. Кстати, из окна нашего номера виднелся богатырский памятник какому-то прославленному монгольскому воину.

По улицам детвора весёлая и раскрепощённая носилась. Люди в общении доброжелательные, приветливые, всегда готовы помочь, подсказать что-то на улице, в магазине или в ресторане. Кстати, в ресторанах кормят до отвала. И вполне по карману. По самому обычному.

Традиционная кухня - мясная, очень сытная. Правда, на неподготовленный вкус и желудок мясо может показаться чересчур жирным. Но так уж исторически в стране кочевников сложилось.

К тому же сейчас всегда можно найти и более щадящий вариант при выборе блюда. Один только хушур, монгольский чебурек, с пылу с жару чего стоит. А если кто пожелает, то ещё и под знатную водочку "Чингисхан". Ну очень вкусно!

В общем, во всех знаковых точках побывали. И всё самое интересное увидели. И скелет динозавра, виднеющийся в земле в районе горы Тушилге в окрестностях Сайншанда. И окаменелые стволы древних деревьев. И пещеры возле одного из самых известных в Монголии буддийских монастырей Хамарын-хийд, где ламы в уединении по 108 дней занимались йогой и медитацией в прежние времена.

Правда, сами мы там помедитировать так и не решились. Хотя, может, и зря. Потому что это место считается одним из энергетических центров мира. Более того, ещё и одним из входов в Шамбалу. Поэтому мы и застали там многочисленных монгольских и иностранных паломников со всего света.

А неподалёку от монастыря высится Гора желаний - Баянзурх. Подниматься на её вершину и загадывать там желание разрешается только мужчинам. Тогда как женщинам можно доходить только до середины пути в гору. В общем, добирался до вершины я один из нашей компании. Где и загадал своё желание. Сбылось пока не всё. Но я надежды не теряю.

Словом, повидали мы многое из того, о чём в годы службы, разумеется, ни малейшего представления у меня не имелось. По вполне понятным причинам. Не до того нам было тогда.

А вообще, когда мы в этот раз уезжали из Сайншанда, в голове даже мелькнуло, что с тех пор, как мы ушли из Монголии, народ там вроде как стал жить повеселее и позажиточнее. Можно, конечно, по поводу такого умозаключения и древних латинян процитировать. Мол, "после этого не означает вследствие этого". Да, может быть, оно всё и так. Но уж больно контраст разительный в глаза бросился. Между тем, что было, и тем, что стало.

После Сайншанда увидели мы ещё много чего хорошего и интересного. В том числе и живописнейшее озеро Хубсугул на севере страны. Там мы проживали во вполне комфортабельной юрте. Туристов из Европы и Штатов в кемпинге было немало. Да и наши, из Иркутской области, частенько наезжают. Только на другие участки побережья.

Озеро, правда, холодное, особо не покупаешься. Но зато очень красивое. Недаром его младшим братом Байкала называют. Мы по нему ещё и на теплоходике прокатились с ветерком. В дружной и тесной компании местных отдыхающих. На единственном, по сути дела, в стране судне и с единственным капитаном.

Понятно, что и плавсредство, и его капитан родом ещё из советской эпохи. Но оттого вояж по озеру был лишь ещё более интересен. К тому же в харчевне на берегу мы и местной рыбки копчёной поели. А это уже была полная экзотика. Потому что сами монголы рыбу не ловят и почти не едят. Но для иноземцев пищевые послабления делают. И мы это с удовольствием заценили.

А потом был Эрдэнэт. Где Советский Союз вкупе с другими социалистическими братьями когда-то мощный комбинат построил, добывающий и обогащающий медную и молибденовую руду. СССР, к слову, вообще очень много всего хорошего и полезного построил в Монголии. К примеру, уже и наших в Эрдэнэте мало осталось, а комбинат по-прежнему своими налогами весомую часть бюджета страны наполняет.

На улицах этого города увидели то, чего лично я в Монголии увидеть вообще никак не ожидал. Огромную дорожную пробку - из-за того, что улицы были глубоко затоплены после многочасового ливня. Тогда как в гобийском Сайншанде за два года я вообще ни одного дождика не помню, даже самого мелкого.

И напоследок - столица, Улан-Батор. И его популярнейшие туристические окрестности. Включая, естественно, монумент Чингисхана. Настолько большой, что в его основании просторно разместились и рестораны, и сувенирные магазины, и костюмированный фотосалон, и ещё много чего другого.

И только взобравшись по крутой внутренней лестнице высоко наверх, поближе к голове легендарного полководца и великого объединителя разрозненных племён, особенно отчётливо понимаешь, как много он значит для Монголии, для её народа. Весьма впечатляющие размеры монументального шедевра на это однозначно указывают.

И ещё одно незабываемое впечатление. Удивительная красота Улан-Батора. Своеобычная. Настоянная на очень бережном и гармоничном сочетании старины и новой жизни. Всем и везде бы так удавалось.

Короче, вот так и состоялось моё возвращение в армейскую молодость. Да плюс к тому - неожиданное и приятное открытие многого нового в ходе этого путешествия во времени. Благодаря разным добрым людям, встреченным нами в пути. Чему я был искренне рад. И моя жена, кстати, тоже.

Юрий ЧУВАШЕВ.

Фото автора.

Красноярск.

#krasrab

Подписывайтесь на "КР" через онлайн-сервис "Почты России". Оформляйте - совершенно бесплатно подписку на канал "Красноярский рабочий" в "Яндекс.Дзен", читайте и комментируйте статьи вместе с многотысячной аудиторией!

Читайте также

Напишите свой комментарий

Гость (премодерация)

Войти

Войдите, чтобы добавить фото

Впишите цифры с картинки:

Войти на сайт, чтобы не вводить цифры