Вдалеке, на заднем плане, похожая на гигантское седло, вырисовывалась гора, занимая центральное место в этом великолепном пейзаже, придавая картине исполненный величия, захватывающий вид. Тайга на склоне горы, освещённая утренним солнцем, переливалась нежнейшими оттенками своей зелёной ароматной хвои у подножья нефритового*через виридан* к оливково-серому ближе к вершине. Ослепительно белая снежная шапка горы растаявшим пломбиром стекала на огромные тёмно-серые скалы и альпийские луга. Почти над самыми верхушками деревьев у подножья горы стоял плотной дымкой утренний туман, он тонкой линией срезал гору от земли, придавая ей эффект парения над подступающим девственным лесом, упирающегося в валуны берега горной реки. Извиваясь, она, словно огромная змея, шумно гремя на порогах и спокойно журча на каменистом мелководье несла свои чистейшие воды со снежных вершин. На переднем плане тянулась деревенская улочка. В колее от машин блестели небольшие лужи. На обочинах зеленела травка, местами пощипанная коровами. Справа в примыкавших к реке палисадниках яркими красками полыхали распустившиеся пионы и астры. Слева, на противоположной улице, огороды граничили с лесом. Вдоль улицы стояли старенькие дома, в каких-то ещё жили люди, а какие-то были совсем заброшенные, и лишь несколько новых домов, лоснящиеся на солнышке ошкуренными брёвнами срубов, разбавляли убогие строения. Стояло ясное летнее утро. Восходящее солнце, лёгким паром удаляя утреннюю росу с травинок только что проснувшейся земли, показывалось из-за макушек ёлок и пихт стоявшего за огородами леса. Идиллию пейзажа таёжной деревеньки дополняло журчание горной речки, редкий крик петуха и мычание коровы. Где-то вдалеке послышалось необычное звучание. Мелодия музыкального инструмента разносилась по деревенской улочке. Сначала еле заметно, а потом всё громче и громче. Из-за поворота показалась телега. Лошадь с трудом везла поклажу. С повозки лилась узнаваемая мелодия марша «Прощание славянки». В этом явном контрасте мелодии с деревенским пейзажем было что-то завораживающее, магическое. На телеге перевозили пианино, за которым сидел человек и вдохновлённо играл. За уздцы лошадь вёл мужчина. Жители с любопытством выбегали из домов и толпой шли, сопровождая этот импровизированный концерт. Банальный перевоз пианино из одного дома в другой Миша, так звали музицировавшего на клавишах, превратил в необычное динамичное выступление, где сценой была телега, а залом — простая деревенская улица. Телега ехала медленно. Пальцы легко скользили по клавишам фортепиано. Петух замолк, корова перестала жевать траву, уставившись на необычную повозку. Под звуки импровизированного концерта пианино доехало до места назначения. Среди покосившихся стареньких домов дом с шестью углами, а точнее, в основании шестиугольной призмы сруба лежал правильный гексагон*, увенчанный шестиугольной пирамидой крыши, выделялся не только своей новизной, но и необычной формой. Дом был небольшого размера, но за счёт своей архитектуры внутри было просторно. Пианино установили в доме. Этот дом построил один человек, от фундамента до крыши, только брёвна сруба затаскивали и рубили вдвоём, и этот человек был не кто иной, как герой нашего рассказа, музыкант и композитор Миша, а помогал ему в строительстве сруба дома его друг Гена. К тому же надо упомянуть, что электричества в деревне не было, и все работы выполнялись ручным инструментом. Это строение было детской музыкальной школой в глухой сибирской деревушке. Сначала Миша с супругой в ней открыли начальную школу, а позднее обучали детей музыке: игре на фортепиано и хоровое пение. Для каждого урока Миша сочинял фортепианные пьесы и песни для хорового исполнения. В своём родном городе тогда были изданы несколько сборников с его произведениями. Яркой палитрой переливались в жизни таёжной деревеньки детские праздники. Сценарии, музыка, постановка, песни — всё это создавалось Мишей совместно с Таней , прекрасным детским организатором, многодетной мамой. Надо сказать, что этот культурный пласт, навалившийся на деревенских жителей, которые в большинстве своём переехали из крупных городов, не был им необычен, и они всячески старались его преумножать. И музыкальная культура бурно начала расцветать в этой деревушке благодаря привнесённому из своего родного города таланту и трудолюбию Миши. Люди меняют место жительства, профессию, женятся и разводятся, а музыка остается вечной. Наш герой, несмотря на переезды и жизненные перемены, всегда находил время для творчества, преподавания и общественной деятельности. Требовательный к себе, порой строгий к ученикам, внимательный к людям. Его кредо жизни — умение слышать и слушать людей, поставленное во главу угла, помогло завоевать всеобщее уважение и приобрести много друзей. Сочетание в себе тонкой натуры музыканта и таланта композитора с хозяйственными качествами сельского труженика позволяют Мише совмещать работу над музыкальными произведениями и преподаванием музыки с организацией серьёзных общественных проектов. Миша уже давно живёт в другой деревне, а дом, построенный им, в основании стен правильный гексагон, служит уютным жильём другим людям. Но, наверное, нет-нет, да услышат во сне живущие в этом доме, словно эхом из прошлого, мелодию марша «Прощание славянки», написанную более ста лет тому назад штаб-трубачом 7-го запасного кавалерийского полка Василием Агапкиным, и исполненную с импровизированной сцены -лошадиной повозки в этой таёжной деревеньке, в предгорье Восточных Саян — Мишей. *нефритовый — насыщенный зелёный, классический зелёный без перехода в холодные или тёплые оттенки. Находится в цветовой гамме между изумрудным и тёмно-зелёным. *виридан — зелёный цвет с небольшим оттенком голубого или синего. На цветовом круге занимает место между зелёным и бирюзовым. *гексагон — правильный многоугольник с шестью сторонами. В этом рассказе имя главного героя изменено.