Из города, давшего название Канско-Ачинскому угольному бассейну, а точнее из Ачинска, мы повернули строго на юг. До Абакана оставалось меньше 500 километров. Север Хакасии, который мы проезжали, представлял из себя совершенно фантастический пейзаж. Мы оказались на другой планете. Большие холмы или маленькие горы с небольшой растительностью, сменяя друг друга, уходили в бескрайний горизонт. Дорога порой, как прямая стрела, пронизывала это хаотичное нагромождение огромных исполинов.
На скудной степной почве кое-где вспыхивали оазисы цветов. Лилово-розовые соцветия колючей серпухи раскачивались на длинных стеблях, метёлки белой полыни пригибались к земле, змеевка острыми листьями расползалась вокруг колосьев тонконога, словно волны от лёгкого ветерка покачивались, играя серебристым отливом на солнце, островки ковыля, сочной зеленью из земли торчали пучки типчака.
Мы остановились у подножья горы, её вершина была увенчана скалой, словно крепостная стена она тянулась вдоль плато наверху. Дорога делала крутой поворот, как будто бы отскакивала от этой горы, как по траектории теннисного мячика, и уходила километрами вдаль по равнинной степи до следующей горы. Мы вдыхали сухой, тёплый воздух степи, наполненный ароматом трав и цветов. Матвей увидел распустившийся ирис и не удержался, чтобы не забрать его в свою коллекцию, аккуратно разделив корневище. Наверное, и по сей день этот ирис из степей Хакасии растёт в тайге в Городе Солнца.
Слева у горизонта, словно мираж, мерцала голубая лента Красноярского моря, открывая потрясающие виды. Поэтическое название Красноярскому водохранилищу дано было из-за его размеров. По площади оно больше, чем территория Люксембурга. Кто-то первый, какой-нибудь инженер или строитель, прибывший в 1955 году в район Дивногорска на строительство Красноярской ГЭС, в разговоре употребил слово «море», а остальные подхватили, так и закрепилось оно за этим водохранилищем. Впоследствии, уже приезжая с семьёй отдыхать на песчаные пляжи возле Краснотуранска, я понимал, что за этим названием скрывается не только размер, а ещё и эмоциональная реакция на величие природы, когда ты стоишь на берегу, видишь горизонт, где вода сливается с небом, слышишь шум волн и чувствуешь свежий ветер — возникает ощущение, будто ты на побережье настоящего моря.
Справа череда больших холмов прерывалась степными равнинами. На которых, словно клыки, торчали камни. Впоследствии мы узнали, что это были менгиры — культовые сооружения хакасов. Некоторым этим каменным изваяниям было почти четыре тысячи лет, и они считаются одними из самых древних на территории России. С ними связаны много легенд и преданий. Некоторые обладают целебной силой.
В первой половине дня мы подъехали к Абакану. Там нас ждали в аэропорту прилетевшие из Москвы жена Матвея с сыном и московский художник Андрей, он приехал посмотреть, как обустраиваются его родные, недавно переехавшие в деревню, в которую мы направлялись. Взяв их в наш эскорт, мы выехали из аэропорта столицы Хакасии. На объездной Абакана у нашего вагончика спустило колесо. Это была вторая поломка в долгой дороге. Заменить колесо не составило большого труда, и уже спустя полчаса наш КрАЗ с вагончиком и с новыми пассажирами на борту вырулил на финишную прямую. До нашего пункта назначения оставалось чуть больше 200 километров.
Гость (премодерация)
Войти