Позади остались поля и редколесье страны Башкортостан, красота природы и национальный фольклор которой прекрасно показаны в современном клипе группы AY YOLA. Молодая солистка Адель очаровала зрителей и открыла миру эту маленькую, но удивительную страну в центре России. Разнообразный ландшафт, сочетающий в себе горы, скалы, равнины, обилие озёр и рек, даёт право многим путешественникам сравнивать эту страну со Швейцарией. Не уступающей по красоте Башкирии, так она называлась в советский период, оказалась Челябинская область, по которой мы проезжали. А точнее, её горная часть. Если посмотреть на карту, то получается, Башкирия как бы открыла рот (её очертания на карте сравнивают с головой медведя) и откусывает как раз горную часть Челябинской области. Уральские горы встретили нас прекрасной солнечной погодой, густыми лесами, затяжными подъёмами и крутыми спусками, перед которыми наряду с дорожным знаком «Крутой спуск» обязательно была табличка с надписью «Водитель, тормози двигателем». Как тормозить, не указывалось, конечно, подразумевалось, что все водители понимают, как выполняется это предписание. Человек же далёкий от механики и с богатым воображением, прочитав эту надпись, мог вообразить что угодно. Как сказал в шутку один мой знакомый на это указание, надо выкинуть двигатель на верёвочке, и он будет тормозить. Ландшафт Южного Урала сменился однообразным пейзажем Курганской области, состоящим из степей с небольшими островками берёзовых рощ и обилием озёр. Вдоль объездной Кургана тянулся сосновый бор. Величественные сосны, растущие на песчаной обочине, создавали красивый, живописный вид. Погода нас баловала чистым небом без единого облачка, безветрием и тёплым воздухом. Лучи майского солнца переливались на капоте машины. Из открытого окна веяло ароматом распустившихся цветов и сочной травы. Обилие озёр по дороге не могло не навеять мысли о купании в прохладной чистой воде. И мы остановились неподалёку от одного из многочисленных водоёмов. Предвкушая удовольствие от погружения своего тела в прохладную воду, мы побежали, как малые дети, к озеру, на ходу раздеваясь. Однако берег озера был заболочен, и на нём росла густая высокая трава. Нас тут же облепило несметное количество комаров, причём таких огромных, каких я вообще никогда не видел. После нескольких укусов кровососущих насекомых (нам не помогало неистовое обмахивание), мы поняли, что решение искупаться здесь было поспешным. И мы так же быстро, как и бежали к этой голубой глади озера, побежали обратно, отмахиваясь на ходу от этих огромных комаров. Желание окунуться в прохладной воде пришлось отложить на неопределённый срок. Небольшой участок трассы проходил через территорию Казахстана. Таможенный контроль между странами, недавно находившимися в одном государстве, был упрощён. Но проехать быстро этот участок дороги возле города Петропавловска не удалось, по причине частых остановок по требованию ГАИ. Как будто они специально «охотились» за российским транзитным транспортом. Количество остановок по просьбе доблестных сотрудников внутренних дел, следящих за безопасностью дорожного движения, в этой братской стране было, наверное, такое же, как количество остановок на всём протяжении трассы по России. Природа Омской области, которая лежала у нас на пути после пересечения границы Казахстана, была похожа на Курганскую, только озёр попадалось гораздо меньше. Этот однообразный ландшафт Сибири очень колоритно изобразил в своих моноспектаклях сибиряк, прекрасный рассказчик, писатель, драматург, представитель гуманистической литературы, в произведениях которого нет ни одного отрицательного героя, Евгений Гришковец. Причём он не просто рассказывал, но и умудрился смешно его показать жестами, как мелькают берёзы в окне поезда плацкартного вагона: перед лицом размахивая руками, как будто в такт стука колёс поезда. После города Новосибирска, который мы оставили в стороне, проехав по его объездной дороге, ландшафт равнинной местности с большими заболоченными пустырями и островками берёз сменился на холмистую местность с большими участками смешанного леса. В Кемерово мы заехали в переговорный пункт сообщить родным, что всё нормально и что, по нашим предположениям, завтра будем в пункте назначения. За столицей Кузбасса нас встречало предгорье Кузнецкого Алатау. Небольшие сопки которого были покрыты так называемой черневой тайгой, в основном состоящей из осин и пихт. Трасса на этом участке была безлюдной, машин по пути почти не встречалось, так же редко попадались населённые пункты и заправки. На одной из АЗС к нам подъехала патрульная машина полиции. Юра, запрыгнув на борт с заправочным шлангом, заливал соляркой стоявшую двухсотлитровую металлическую бочку в кузове, которую Матвей предусмотрительно взял в грузовик на всякий случай для дозаправки на пустынных дорогах. Мы с Матвеем стояли возле кабины. Из машины с мигалками вышли два молодых милиционера. С нескрываемым удивлением они посмотрели на наш эскорт. Представившись, один из них спросил, откуда и куда мы едем. Получив ответ, сержант, пытаясь сохранить вопросительный тон, что у него не очень получилось, произнёс фразу: «Оружие, наркотики?» «Спасибо, не надо», — чуть было не ответил я шуткой, но вовремя сдержался. Мы стали уверять блюстителей порядка, что у нас и в мыслях такого нет, попутно рассказывая о цели нашего путешествия. От услышанного, их удивление ещё больше возросло, и они уже на нас смотрели как на чудаков. Бегло осмотрев кабину, всё тот же сержант, который первым начал диалог, спросил: «В такую дорогу и без оружия?», то ли не до конца доверяя нам, то ли как-то сочувствуя нашему, на его взгляд, опасному путешествию. Позже мы осознали смысл его слов, когда, остановившись на следующей заправке, какой-то подозрительный тип, ничего не говоря, заглянул к нам в кабину. Матвей тогда быстро захлопнув дверь, надавил на газ, и мы как можно быстрей удалились с этого места, периодически оглядываясь назад, ожидая погони, как в фильмах-боевиках, но её не было, наверное, подумали, с чудаками лучше не связываться. Наш кортеж ещё долго ехал до самого Ачинска, не останавливаясь.