За Енисейском - моря и океаны

Связь между тельняшкой «крылатой пехоты» и тихим Енисейском кажется невероятной, пока не проследишь нить истории. Эта нить начинается у музейной модели судна, проходит через трудные будни исследователей полярных морей столетней давности, через подвиг моряков в одном сражении Великой Отечественной и заканчивается узлом связи морских и воздушных десантников.
 
О работе отдельного Обь-Енисейского гидрографического отряда «Убекосибири», базировавшегося в Енисейске в 1930 - 33 годах, ныне напоминает только представленная в историко-краеведческом музее города модель гидрографического судна «Циркуль» (до 1932 года - «Иней»).

Отряд был создан решением А. В. Колчака в 1918 году. Тогда сообщение между белыми силами Сибири со столицей в Омске и Северной областью со столицей в Архангельске было возможно только по морю. Но мореплаванию препятствовала малая изученность подходов по Карскому морю к устьям Оби и Енисея, что проявилось в гибели в сентябре того года в Енисейском заливе ледокола «Вайгач».

Для промера глубин известный гидрограф, «русский Колумб» Борис Вилькицкий по приказу Колчака отправил летом 1919 года из Архангельска в Обь и Енисей отряд судов, включавший и «Иней». Командовал отрядом К. К. Неупокоев.

Но зимой 1920 года власть в Сибири сменилась. Отряд почти в полном составе, включая и самого Неупокоева, подчинился советской власти, которой сибирские реки были нужны для товарообмена с Англией. Покровительствовал исследованиям сам Ленин.

По примеру Великой Северной экспедиции 1733 - 44 годов, морские пути от Белого моря до Чукотки были разделены на три части, и созданы три подразделения военной гидрографии - «Убекосевер», «Убекосибирь» и «Убековосток». Подчинялись они ГГУ - Главному гидрографическому управлению морских сил РККА, находившемуся в Петрограде.

Не гражданские, а военные занимались освоением морского пути в Сибирь потому, что путь этот всегда имел и по сей день имеет огромное стратегическое значение. Так, ещё в 1620 году был закрыт Мангазейский морской ход, «дабы немцы, придя большим числом воинских людей, сибирским городам порухи не учинили».

Заслуги «Убекосибири» (Управления по безопасности кораблевождения в Карском море и в устья сибирских рек) до сих пор недооценены, и остаются в тени его преемника - ГУ СМП (Главного управления Северного морского пути). Но именно благодаря работе «Убекосибири» с 1920 по 1933 год произошёл буквально прорыв торгового мореплавания в Обь и Енисей. Число рейсов морских судов в устья этих рек выросло за это время в 11 раз, а безопасность мореплавания, численно выраженная в стоимости страховки судов и грузов - в 12 раз.

Только после того как глубины были промерены, карты и лоции составлены и изданы, лоцманская проводка налажена, средства навигационного оборудования - маяки, знаки, буи, вехи, створы - установлены, и создана сеть радиометеостанций, покрывшая весь путь судов по Карскому морю, - только тогда, весной 1933 года, военные гидрографы передали вновь созданному ГУ СМП в хозяйственную эксплуатацию освоенный ими  морской путь.

С 1920 по 1929 год отдельный гидрографический отряд работал преимущественно в Обской губе, а в 1930 - 33 годах - в Енисейском заливе и на подходах к нему. В 1920-е годы в Енисейске базировалась только лоцдистанция, служившая для удовлетворения насущных срочных нужд мореплавания.

Но вернёмся к вопросу о тельняшках.

Создатель «войск дяди Васи» Василий Филиппович Маргелов всего несколько дней командовал моряками и участвовал с ними только в одном бою - в Шлиссельбургском десанте 28 ноября 1941 года. Лыжный полк моряков-добровольцев под его командованием после 15-километрового перехода по льду Ладожского озера на рассвете вышел на занятый противником берег, переправился через незамёрзший Новоладожский и Староладожский каналы и ворвался в село Липки. Завязался неравный бой.

«Бутылочное горлышко» - узкий перешеек между Невой и Ладожским озером - было битком набито отборными вражескими войсками с тяжёлой техникой. Попытки встречных ударов наших войск как Волховского фронта, стоявшего всего в полукилометре от Липок, так и с Невского пятачка, провалились, не смогли прорвать крепкую оборону противника.

Враг подтянул к Липкам крупные силы, артиллерию и танки. Доблестные моряки сражались до темноты и отступили на лёд, потеряв из 903 человек 500 убитыми и 200 ранеными. Тяжелораненого майора Маргелова вынесли с поля боя.

Донесения противника пестрят самыми восторженными оценками боевой стойкости и выучки наших моряков. И на Маргелова, опытного сухопутного боевого командира, доблесть и отвага «клёшников» произвели такое впечатление, что он через 24 года добился права своих воздушно-десантных войск на ношение тельняшек.

Навигационно-гидрографическое обеспечение Шлиссельбургского десанта, то есть проводку войск по льду к месту боя, возглавлял гидрограф Георгий Николаевич Рыбин. В музее истории Петербурга представлен его штурмовой кинжал «блокадник» НР-40 (нож разведчика образца 1940 года). Точно такие же кинжалы были найдены поисковиками возле села Липки, на месте боя Маргелова полка.

Рыбин с мая 1930 по апрель 1933 года командовал гидрографическим судном «Циркуль» (до 1932-го - «Иней»), модель которого стоит в Енисейском музее. В эти годы Георгий Николаевич с семьёй, с женой и сыном, жил в Енисейске. Рыбин связывает Енисейск с тельняшками ВДВ.

Ещё об одном деянии Г. Н. Рыбина говорит другой экспонат музея истории Петербурга. Это - наградные часы от Военного совета Балтийского флота. Ими Георгий Николаевич был награждён 29 ноября 1941 года за организацию геодезического обеспечения контрбатарейной борьбы флотской артиллерии против осадной артиллерии противника.

Остановленный у стен Ленинграда, враг вознамерился стереть его с лица земли методичным обстрелом из тяжёлых осадных орудий, стянутых со всей Европы. Но планы эти были сорваны нашими славными предками. Уже после трёх выстрелов враг получал «ответку» и уходил с позиции. Столь быстрый ответ был возможен благодаря слаженной и отточенной работе советских гидрографов. Под командованием Рыбина в этом деле отличились его недавние начальники в «Убекосибири» - В. И. Воробьёв и Б. А. Сергеевский, также жившие и служившие до 1933 года в Енисейске.

В честь Г. Н. Рыбина названы два географических объекта.

В 1923 году река на восточном побережье Ямала, им обнаруженная и впервые нанесённая на карту, получила наименование «Рыбин-яга». К сожалению, это название безосновательно переместилось с берега Обской губы вглубь суши, в 1950-е годы - на топокартах, а в 2022 году - и на морских, а из лоций вычеркнуто. Борьба за возвращение этого гидронима продолжается с 2017 года.

В 2004 году ЮНЕСКО присвоила наименование «гора Рыбина» (Rybin seamount) горе высотой более двух километров в Атлантическом океане, к северу от Канарских островов, «за его значительный вклад в изучение рельефа дна русских морей». Имя, связанное с Енисейском, вышло в Мировой океан.  

В 1940 году было на карте ещё одно имя «Убекосибири»: река Шунько-яга на Ямале, с устьем в бухте Новый Порт. Максим Максимович Шунько возглавлял радиоотдел «Убекосибири». В 1915 году он устанавливал первую в России постоянную полярную радиостанцию на Диксоне и зимовал там. В 1918 г. создал радиотелеграфный узел в Дудинке, а впоследствии покрыл весь южный берег Карского моря сетью радиометеостанций. На современных картах бывшая Шунько-яга показана как Пясядэйяха. Когда и почему имя Шунько пропало с карт, не известно.

Судьба Г. Н. Рыбина сложилась в целом благополучно. После роспуска в 1933 году «Убекосибири» он попал на Балтику. Участвовал в финской войне в должности командира отряда гидрографических кораблей. В 1941 ускоренно окончил военно-морскую академию, был назначен заместителем начальника Балтийской гидрографии, и в этой должности прошёл всю войну.

Специализировался на морских десантах, но в его служебной аттестации написано, что ни одна боевая операция Балтийского флота не прошла без его участия. Так, была сдана в музей и там в смутные девяностые пропала его боевая карта операции «Искра» - прорыва блокады Ленинграда в январе 1943 года - разрисованная его рукой синим и красным карандашами.

Награждён шестью орденами и четырьмя медалями.

После войны назначен начальником гидрографии вновь образованного Южного Балтийского флота со штабом в Кёнигсберге. Но из-за здоровья, подорванного тифом в Гражданскую войну и дистрофией в блокаду, через год ушёл на преподавательскую работу в военно-морское училище имени Фрунзе, в котором он сам ранее учился. Выйдя в отставку, работал редактором морских карт и лоций. Умер в 1974 году в возрасте 73 лет.

Семейная легенда гласит, что начальник балтийской гидрографии Г. И. Зима в октябре 1941 года взял себе в заместители Рыбина со словами: «Время нынче трудное, доверять никому нельзя, только казак казаку может доверять». Зима был из кубанских, а Рыбин - из сибирских казаков.

Вадим РЫБИН,

капитан 2 ранга запаса, гидрограф в 3-м поколении.

Фотографии из семейного архива Рыбиных.

Санкт-Петербург.
 
Автор выражает благодарность Валерию Шагину и Марии Инге-Вичтомовой, много лет прославляющим подвиг Шлиссельбургского десанта и Таллинского прорыва КБФ.

Георгий Николаевич Рыбин, предположительно 1926 год.

Модель судна «Циркуль» в экспозиции Енисейского историко-архитектурного музея-заповедника имен А. И. Кытманова

Гидрографические суда «Убекосибири».

Наградные часы от Военного совета Балтийского флота.