Истина современного мира - жить дальше и приспособится к новым реалиям

Ефим, проснулся рано. Спальню окутало ярко-тёплое облако из искристых солнечных лучей, брызжущих из окна. Он потянулся, бережно и осторожно поправил сбившееся одеяло у жены. Вставать не хотелось, приятное расслабление приносит удовольствие и удовлетворение от ничегонеделанья.

Вчера приехал из больницы домой, почти месяц лечили его в больнице, и наконец-то в родных пенатах вдыхает ароматы деревенской избы, наполненные смолистым запахом леса, брусничного варенья, терпким вкусом травяного чая.

Дом - очаг спокойствия и уюта, крепость для обессиленного тела и ума. Во время приезда детей он заполняется весёлым смехом внуков, топаньем по полу маленьких ножек.

Простое человеческое счастье выражается в надёжности взаимоотношений, взаимопомощи, уважении к близким – эти принципы обязаны главенствовать в семье. Дочь и сын – самое главное счастье, которое им даровал Бог. Внуки – драгоценная поросль рода, которая продолжит их дело и понесёт в будущее.

- Пора вставать, грех лежать без дела, - очнувшись от раздумий, он опустил ноги на прикроватный коврик.

- Что-то ты рано встаёшь, тебе не надо бежать на работу, торопиться не следует, поберечься необходимо. Полежи ещё немножко, врач велел соблюдать режим обязательно, - забеспокоилась Катя, открыв полусонные глаза.

- Обрадовался, я дома, с тобой. В больнице надоело лежать, хотя, конечно, была необходимость. Пётр Петрович, можно сказать, с того света меня вытащил, я ему обязан жизнью. Не беспокойся, конечно, ещё чуток отдохну, - он налил в стакан воды, выпил, с удовольствием смакуя каждый глоток.

- Водичка наша самая добрая, вкусная, матушка-землица постаралась, подарила людям животворящую силу.

- Без воды и не туды и не сюды, - озорно подмигнула ему Катя, откинув одеяло.

- Хватит спать, пора вставать, корову Милку пойду доить, а ты полежи, - она включила чайник, оделась в рабочую одежду и вышла.

В сенях брякнуло ведро, скрипнула сенная дверь. Всё стихло. Только слышно было жужжание случайно залетевшей мухи, бьющейся о стекло и не находящей никакой щёлочки, чтобы вылететь на улицу.

Подоив коровушку, Катя оставила молоко в зимовье, поставленному напротив дверей дома, а сама пошла прогонять Милку на пастбище. Односельчане подгоняли своих коров к окраине, где за ветпунктом их уже ждал пастух Борис, крепкий, жилистый мужичок лет шестидесяти пяти. Сам он сидел на своём коне, к седлу был приторочен плащ и рюкзак со снедью.

Утренняя прохлада холодила, обнимая тело, поэтому он был в тёмно-коричневой куртке, надетой на клетчатую рубашку. Чёрную шапку лихо заломил на затылок, но глаза его внимательно следили за подошедшим питомицами и загоняющими их в скотный двор хозяевами. Здороваясь с ними, Борис перебрасывался со всеми весёлыми словечками.

Вскоре он выгнал бурёнок со двора и погнал в поле, только пыль клубилась над стадом. Пастушья доля нелегка. В любую погоду: в проливной дождь, когда в землю из тёмных туч, вонзаются ослепительно яркие быстрые молнии, в жару, когда хочется сбежать от солнцепёка в укрытие, но нельзя. В любую погоду, до позднего летнего часа необходимо пасти коровушек, вовремя напоить, подогнав их к речке и следить, чтобы ни одна из них не сбежала из стада.

Верные помощники пастуха - собаки Дозор и Тузик, готовые в любую минуту подогнать животное к стаду, или развернуть их в нужное направление.

Придя домой Катя доделала оставшуюся по дому работу и, позавтракав, ушла на работу в школу, где она преподавала математику в старших классах.

Ефим смотрел новости по телевизору, когда в дверь постучали.

- Войдите, - разрешил он.

В комнату вошёл Костромин.

- Здравствуйте, Ефим Афанасьевич, долго и с нетерпением мы все вас ждали, наконец-то вы дома! – они обнялись от нахлынувших обоих дружеских чувств.

- Садись, я тебе чайку налью, - предложил Ефим, с любопытством разглядывая гостя.

- Можно, не откажусь - Костромин неторопливо уселся за стол и, прихлёбывая из чашки чай, глядя на Ефима, сказал:

- Прослышал, что ты вернулся из больницы и сразу подумал, что необходимо навестить тебя. Как ваше самочувствие? Многие беспокоятся и спрашивают о тебе.

- Здоровье улучшилось, но слабость осталась, иногда боль в сердце прихватывает, пью лекарства, что прописали, помогает. Я пока на бюллетне, поэтому отдыхаю в домашней обстановке. Сразу после такой болезни восстановиться не получится, хотя хотелось бы побыстрее почувствовать себя здоровым и выйти на работу. Хотя остаточные явления всё равно, если подумать останутся, от этого никуда не денешься. Вечно никто не живёт, у всех в своё время бывает конец жизни. – Ефим задумчиво посмотрел в окно, выпив глоток чая.

- Сердце не любит потрясений. С возрастом тело стареет, техника и то изнашивается, отремонтируешь деталь - и техника вновь работает и едет. У людей всё деликатнее. Сердце или другой орган не возьмёшь в руки, не осмотришь, не пощупаешь, не узнаешь въявь, в какой области оно повреждено.

- Мне ЭКГ делали и по результату диагноз был выставлен окончательный, так что не всё плохо. Медицина, ещё не дошла до такого уровня, чтобы без вреда для больного взять какой-либо орган и осмотреть его, мы же живые, а не коробки металлические.

- Ефим Афанасьевич, я же образно нарисовал вам картинку небольшую, вдруг это дело будущего, мечтать не вредно, – оправдался Иннокентий Иванович.

Ефим серьёзно спросил:

- Ну, Иваныч, рассказывай, что вы наработали без меня? А то я с болезнью совсем отстал от жизни.

Костромин, отставил чашку и слегка волнуясь, ответил:

- Хорошего мало, куда мы идём, я просто перестал понимать. Коллективу становится труднее и труднее существовать и жить, как подобает. Народ нищает, но не понимает основных причин, отчего вдруг такое явление появилось, ведущее к разрухе накопленных материальных ценностей. Вы сами знаете, что многие колхозы и совхозы в районе распались. Неумелое руководство тому виной или притеснение их, как ненужных придатков для экономики страны. 

- Ну, Иннокентий Иванович, ты прямо философом становишься, похвально. Без философских знаний трудно разобраться в настоящей действительности, - дружелюбно заметил Ефим и, улыбнувшись, продолжил:

- Истину простому человеку трудно найти и понять происходящее непросто. То, что происходит сейчас, в голове не укладывается, конечно только для тех, кто думает и размышляет, сравнивает с тем, что было и что происходит в современной действительности. Мне, например, самому иногда затруднительно ответить на некоторые вопросы, задаваемые интересующимися политикой личностями, ибо мало кто знает, что на самом деле происходит на вышестоящем уровне общества и власти. Сократ в древние века сказал: «Только в споре рождается истина». Поэтому обсуждение между людьми проблем, приветствуется, для выяснения и ликвидации их. Хотя, наверно, сейчас решение их неразрешимо, сам знаешь почему. Помнишь слова Лахновского из книги Анатолия Иванова «Вечный зов»? – Ефим подошёл к книжному шкафу, взял книгу и зачитал слова Лахновского: 

«Слушай меня, Пётр Петрович, внимательно. Во-первых, непобедимых идей нет. Идеи, всякие там теории, разные политические учения рождаются, на какое-то время признаются той или иной группой людей как единственно правильные, а потом стареют и умирают. Ничего вечного нету. И законов никаких вечных у людей нет, кроме одного - жить да жрать. Причём жить как можно дольше, а жрать как можно слаще. Вот и всё. А чтоб добиться этого... ради этого люди сочиняют всякие там идеи, приспосабливают их, чтоб этой цели достичь, одурачивают ими эти самые массы - глупую и жадную толпу двуногих зверей. А, не так?»

- Как здорово озвучено, точно и ёмко! Выдал программу действий для будущей власти, когда они ликвидируют Советский Союз, - Ефим внимательно перевернул листы, нашёл нужную страницу и прочитал Иннокентию, внимательно слушающего, следующее изречение

«Российские правители были безмозглые дураки, это давно очевидно. Надо было или держать это биологическое бешенство народа в узде, в таких крепких сосудах, чтобы оно оттуда не выплеснулось и не разорвало сам сосуд, или, если это трудно или невозможно, давать отдушину, спускать потихоньку пар из котла... Ну, не знаю, какие-то подачки, что ли, бросать время от времени всем этим рабочим и крестьянам, всей вонючей дряни... Рабочий день, скажем, уменьшить, платить чуть побольше. Всякие развлечения обеспечить. Что римляне требовали от своих правителей? Хлеба и зрелищ! Как-то удовлетворять самые низменные потребности этих скотов. Но власть имущие в России до этого не додумались. И прошёл по России смерч, который всё смёл на своём пути. Так?».

- Помнишь, недавнее прошлое, которое мы видели своими глазами, получается уже не в дореволюционной России, а в нашей действительности? Видимо, всё идёт по кругу, вернулись опять к той же жизни, которая существовала в царской России, конечно с небольшими изменениями, но суть-то, одна! Нам обещали, что все будут богатыми, купив ваучеры. Простой труженик не способен совершить покупку огромного количества ваучеров, поэтому промышленные предприятия ушли в предприимчивые частные руки, рабочие превратились в рабов. На некоторых предприятиях установился двенадцатичасовой рабочий день. Кооперативное крестьянское хозяйство уничтожается, ориентация на маломощные фермерские хозяйства. А что они могут? Купить технику невозможно, очень дорогая, залезут в кредит, а вдруг неурожай, платить будет нечем, тогда хозяйству конец придёт. Плюс бандиты их регулярно навещают и просят то деньги, то живность для защиты фермера от неприятностей.

Костромин сник, в его воображении промчались картины современной жизни, но ответил воодушевлённо и с небольшим вызовом.

- Фермеры сами понимают, на что идут. Любишь кататься, люби и саночки возить. А некоторым повезёт, особенно тем, у кого есть отличные контакты в управлениях власти. Иначе дело может накрыться! Истина тут одна: не вытянешь - значит нечего и браться за такую работу. 

- У разных партий, у богатых, у бедных своя истина и каждый отстаивает её, не слыша мнения других, - Ефим нахмурился, тяжко вздохнул, сделал глоток воды из стакана.

- Последний отрывок из исповеди Лахновского, что я тебе прочитаю, и больше не буду мучить тебя, ты не против? Просто захотелось вспомнить эти строки из книги «Вечный зов» и поговорить на эту тему с тобой.

- Согласен, читайте Ефим Афанасьевич!

«Вот и мы дальше пойдем другим путём. Будем вырывать эти духовные корни большевизма, опошлять и уничтожать главные основы народной нравственности. Мы будем расшатывать таким образом поколение за поколением, выветривать этот ленинский фанатизм. Мы будем браться за людей с детских, юношеских лет, будем всегда главную ставку делать на молодёжь, станем разлагать, развращать, растлевать её! - Сморщенные веки Лахновского быстро и часто задергались, глаза сделались круглыми, в них заплескался, заполыхал яростный огонь, он начал говорить все громче и громче, а под конец буквально закричал: - Да, развращать! Растлевать! Мы сделаем из них циников, пошляков, космополитов!» 

- Ты помнишь эти строки?

- Читал книгу и фильм смотрел. Потрясающая история семьи Савельевых захватывает и заставляет не бросать книгу, а читать, и читал до утра иногда, когда была возможность. Каждая строчка запоминается из исповеди Лахновского надолго. Испепеляющая ненависть к советскому народному строю породила много врагов за рубежом, да и в нашей стране их, вероятно, предостаточно, я думаю так. Удивляет, как он сумел предвидеть, каким будет будущее? Откуда у писателя осведомлённость от «а» до «я»? Источники неизвестны, нам придётся лишь гадать, да придумывать разные версии. Непонятно мне! - с пылом и нетерпением вскрикнул Иннокентий, крепко сжимая ладони. – Видимо, чувства накипели внутри, вырвались наружу, как бушующие потоки воды из расщелины, освободившиеся от пут, и начали свой путь по поверхности, наслаждаясь свободой. Побежали маленьким ручейком, соединились с другими ручьями и реками, образуя красивую и мощную реку, которая устремилась к морю и слилась с ним, чтобы путешествовать в огромной водной стихии морей и океанов.

- Я думаю, - продолжил Ефим, - что писатель умел логически размышлять, сопоставлять факты, действия политиков, армий, отсюда можно понять, кто есть кто. Таких, как Лахновский, в стране сотни тысяч, а, возможно, и больше. После Октябрьской революции и Гражданской войны остались противоборствующие силы, белогвардейские полки растаяли, кто перешёл на сторону новой власти, многие уехали и расселились в разных странах, сотни тысяч растворились по всей территории, чтобы вести диверсионную деятельность, до настоящего времени они работали в разных отраслях промышленности, сельского хозяйства, во власти, скрывая свою грязную личину. Лахновский и его хозяева всё правильно рассчитали: в открытом бою русский народ не победить, они развалили Союз изнутри, кинув народу жвачку и джинсы, подержанные машины, привезённые с Японии и с запада, продукты, которые в отсталые государства отправляют. Всё получилось так, как предсказал он. Они ненавидели нас за то, что у них отняли привилегии доминирования над бедным людом, отняли имущество. Своя рубашка ближе к телу, а на народ веками им было наплевать, нищий не человек, а животное, которые, в их понятии, обязано работать для их безбедного и роскошного существования, часто унижая, избивая, убивая рабочий люд в городах и сёлах, по их прихоти. Про это писатели и поэты прошлых столетий писали в своих произведениях: Чернышевский, Короленко, Некрасов, Шолохов, Горький, Достоевский, Гиляровский, Гоголь, Артём Весёлый, и другие, о которых сразу и не вспомнишь, они писали о невыносимой, беспросветной, бесправной жизни простых людей. Ты что скажешь в ответ?

Иннокентий завороженно смотрел на председателя: «Не догадывался, что он может так размышлять, делать свою оценку событий, с этой стороны не знал его, в основном знал как хозяйственника, решающего проблемы и задачи коллективного хозяйства, а сейчас показавшего незнакомую сторону натуры», - подумал он и медленно ответил

- Анатолий Иванов - гордость русского народа, талант не у каждого есть, он даётся Создателем. Значит, истина современного мира - жить дальше и приспособится к новым реалиям. Если есть желание, в любых условиях можно выжить, если захочешь. Союз не вернуть, ушёл в прошлое, я вижу, что творится. Не обижайся, Ефим, на то, что я сказал. 

- Ну, ты даёшь, Иннокентий, огорчил враз меня. Надеюсь, колхоз ты не разваливаешь? - Изумился, Ефим.

- Не беспокойся, под сердцем затаилась надежда на то, что ситуация изменится, и всё вернётся на круги свои, СССР восстановится, хотя верится с трудом, стараюсь сохранить коллектив.

- Да, дела. Знаешь, что-то устал я, надо прилечь и чуток полежать необходимо. Мы ещё поговорим, это вопрос будущего, успеем.

- Я понимаю вас полностью, но что мы можем сделать? Ничего, только плыть по течению, что будет, то и будет. У меня тоже дел невпроворот, урвал времечко, очень хотелось увидеть тебя, - Ефим заулыбался

- Всё нормально. С одной стороны ты прав, никуда не денешься. Что дано, обязаны пережить, перетерпеть и выйти из сложных времён более сильными, закалёнными, мудрыми, - Костромин озабоченно посмотрел на часы

- Заболтались, поехал я в контору, дел вал, а разговор интересный получился между нами, рад был увидеть тебя, восстанавливайся и на работу, все ждут этого момента с нетерпением.

Иннокентий ушёл, Ефим поставив на плитку кастрюлю с водой, подумал о том, что жизнь противоречива, сложна, хочется верить, что твёрдый характер поможет пройти её достойно и выйти из любого трудного положения. Необходимо надеяться и верить.

Тамара АРБАТСКАЯ.

с. Казанцево,

Шушенский округ.