Линии судьбы золотопромышленника и мецената Хазрета Совмена

Добавить в закладки

Удалить из закладок

Войдите, чтобы добавить в закладки

30.04.2022 17:52
0

Читать все комментарии

2395

1 мая исполняется 85 лет Хазрету Меджидовичу Совмену, меценату, Почётному гражданину Красноярского края, городов Красноярска, Майкопа и Северо-Енисейского района.

Мне довелось работать с ним 8 лет, и об этом периоде остались самые приятные воспоминания. Попал я в артель старателей "Полюс" к Хазрету Меджидовичу волею случая. Работал в Красноярске в отраслевом институте Министерства цветной металлургии СССР заведующим отделом, но наступили 90-е, годы перестройки, всё разваливалось, ликвидировали и институт.

Возникли проблемы с трудоустройством, нашлась временная работа, но и она потом закончилась. Вот тут приехал ко мне Владимир Григорьевич Козлов (мы с ним были знакомы во время моей работы на Сорском молибденовом комбинате) и предложил работу геолога в артели старателей "Полюс".

Опыта работы в артелях у меня не было, но я согласился, и В. Г. Козлов, работавший там главным инженером, повёз меня знакомить с руководителем. Сначала у меня была настороженность, но после собеседования всё сгладилось, так как оказалось, что артели сейчас нужны специалисты с опытом отработки рудных месторождений открытым способом, а этого опыта у меня было предостаточно (20 лет работы геологом - от участкового до главного - на Сорском ГОКе).

Хазрет Меджидович пояснил, что артель получила лицензию на отработку Олимпиадинского золоторудного месторождения, а свои работники имеют богатый опыт отработки только россыпей. После краткого собеседования я был принят на работу главным геологом. Шёл декабрь 1994 года.

Моё первое впечатление о Хазрете Меджидовиче было приятное - спокойный, доброжелательный и уважительный. Оплату предложили достойную, условия труда - старательские: работа по 12 часов в день без выходных, питание трёхразовое, доставка на работу и с работы на транспорте артели.

Для решения поставленной задачи - освоения месторождения в кратчайшие сроки - начинать надо было с нуля, то есть мне необходимо было подбирать коллектив геологической службы, готовить необходимую документацию, методические руководства, обучать геологов навыкам эксплуатационных работ, составлять планы и проекты.

Хазрет Меджидович, в силу специфики своего характера, не стоял над душой, не указывал и не командовал. Он полностью доверял своим приглашённым специалистам и просто помогал решать возникающие у нас по ходу работы вопросы и проблемы - кадровые, юридические, финансовые, снабженческие.

Работать в таких условиях было трудно, но приятно, и я старался своевременно решать стоящие перед артелью геологические задачи. Одной из них, кроме обеспечения добычи руды на фабрику, и, наверное, главной для любого горного предприятия, была задача увеличения сырьевой базы и обеспечение его достоверными и качественными запасами на значительный срок.

Для этого, по моему уже имеющемуся опыту работ, было необходимо прямо сейчас создавать собственное геологоразведочное подразделение, а не надеяться на подрядные организации, зачастую выполнявшие работы не качественно, не в срок и за большие деньги, и получить для проведения поисковых работ лицензию на площадь, прилегающую к месторождению, помня мудрое изречение старых рудокопов: "Ищи руду, держась за руду".

Я изложил эти свои соображения Хазрету Меджидовичу и нашёл у него понимание, доверие и поддержку. Он согласился с моими доводами и принял нелёгкое, но мудрое и прозорливое - на перспективу - решение о создании в артели собственной геологоразведочной партии и получении поисковой лицензии на Олимпиадинскую площадь (около 1,5 тысячи квадратных километров).

Почему я говорю - нелёгкое? Да потому, что этих людей в коллективе артели будут воспринимать как иждивенцев, ведь они не добывают золото, а работают на перспективу, которая не всем интересна и нужна. Такое решение было уникальным для артельского сообщества, которое жило по несколько иным принципам.

Приведу ещё один из примеров доверия Хазрета Меджидовича ко мне. Девяностые годы в России были временем расцвета инициативы, предпринимательства, а вместе с тем - аферизма и авантюризма. Один новосибирский молодой предприниматель - учёный, правда, не геолог, а геофизик из Сибирского отделения Академии наук СССР,- получил добычную лицензию на Федоровское золоторудное месторождение, расположенное в Кемеровской области на границе с Красноярским краем.

Добыв там открытым способом (маленький карьер, разработанный бульдозерами) около 50 килограммов золота (видимое, крупного), устроил месторождению хорошую рекламу ("Золото ослепляет своим блеском рабочих карьера, траки бульдозеров буксуют на пластинах золота и вообще его там немерено") с утверждением, что запасы его составляют более 600 тонн, что подтверждалось ещё и мнением более крупного учёного, специалиста по золоту.

Этим объектом заинтересовались серьёзные люди - губернатор Кемеровской области А. Г. Тулеев, мэр Москвы Ю. М. Лужков. Они обратились к Хазрету Меджидовичу за советом. Хазрет Меджидович пригласил меня, объяснил ситуацию и послал на месторождение для экспертной оценки его перспективности.

По прибытии на месторождение мы вместе с геологом артели Владимиром Валентиновичем Лотоцким познакомились с документацией на объект, геологией его, образцами и пришли к выводу, что это месторождение гнездового типа с видимым крупным золотом - уже давно выявленное, с небольшими запасами, не глубоко залегающее. Перспективы прироста его запасов весьма ограничены и, с учётом близлежащих в пределах его рудного поля таких же мелких объектов, составит не 600, как заверяли хозяева объекта, а не более 5 тонн.

Вернувшись, доложили свои выводы Хазрету Меджидовичу, и он передал их заинтересованным людям, которые, доверяя его мнению, не стали инвестировать в этот объект. Ситуация, конечно, была достаточно серьёзная с формированием мнения о перспективности этого месторождения, здесь можно было "потерять лицо", но мы его не потеряли!

Хотя и после нашего посещения его "сказочная" реклама продолжалась, и ожидаемые запасы увеличивали даже до 800 тонн, но в дальнейшем на месторождении был пройден небольшой объём оценочных работ, в том числе штольня и восстающий по центру карьера, и по результатам этих работ была подтверждена наша точка зрения о его запасах.

При работе в артели у меня часто возникало какое-то специфическое чувство (которого за предыдущие годы моей работы на государственных предприятиях не появлялось) единения, братства, того, что тебя в трудную минуту поддержат, помогут (наверное, при условии, что ты - добросовестный работник).

Ведь в артели никого не воспитывали, не принуждали к работе. Ты ведь сам приходишь заработать много денег, и тебе для этого создают все условия (проживание, питание - сколько влезет, баня, спецодежда, хорошая зарплата) - работай! Если же старатель не выдержал, сорвался (прогул, запой и так далее), то - до свидания, увольнение, оплата отработанных дней по тарифу и - домой, но таких в артели практически не встречалось.

Была ещё одна, приятно удивившая меня особенность. Руководящий состав артели (ИТР) состоял из представителей кавказской национальности: адыгов, осетин, азербайджанцев, русских почти не было, а новые спецы пришли в основном русские. И удивительно было при таком национальном раскладе доброжелательное и уважительное к нам отношение. Думаю, что эту атмосферу создавал Хазрет Меджидович, сам доброжелательно и уважительно относящийся к любому человеку.

Мне кажется, что жизненное кредо его - это забота о людях, причём не только связанных с ним семейными узами и работой, в чём я неоднократно убеждался. Уже потом, когда я втянулся в работу и стал привыкать к старательскому образу жизни, неоднократно появлялось ощущение этой ненавязчивой и системной заботы.

В артели все грузы доставлялись автотранспортом (летом - немного водным), поэтому работало много водителей. А дороги тяжёлые - горные и грунтовые, расстояния большие, люди уставали, и для их отдыха на трассе были построены небольшие базы. Стояли домики, где можно было отдохнуть и переночевать, была кухня и повар, готовый накормить вас в любое время, была заправка и возможность подремонтировать машину. Мы (ИТР) при поездках на автомашине из Красноярска в Еруду часто останавливались на этих базах, приятно ощущая эту заботу.

То же можно сказать и об остальных видах обслуживания - чтобы вовремя не накормили работников или накормили некачественной пищей, вовремя не увезли или не привезли людей,- такого за всё время работы в артели я не видел.

Сам Хазрет Меджидович всегда выглядел бодрым, энергичным, подтянутым, аккуратным, чисто выбритым. Кстати, в артели было запрещено носить бороду, в связи с чем возник у меня небольшой казус.

При моём оформлении на работу начальник отдела кадров Николай Сафонов заявил, что я должен сбрить бороду, иначе он меня не возьмёт. Мои попытки объяснить ему, что бороду я ношу уже 20 лет, на всех документах мои фото - с бородой и что даже при приёме в члены КПСС мне удалось её отстоять, сославшись на Карла Маркса и Фридриха Энгельса (они-то были бородатые!) здесь не помогли, Сафонов был неумолим.

Пришлось идти к Хазрету Меджидовичу с этой проблемой, он посмеялся и дал команду сделать для меня исключение, разрешить носить бороду. Принятому после меня на работу Борису Абрамовичу Гершкорону, тоже бородатому, уже было проще, но, кроме нас двоих, больше в артели бородатых не было. Чистота и опрятность внешнего вида работников были непременным условием, установленным руководителем.

В пределах полученной нами лицензионной площади было достаточно много недоизученных и брошенных геологами Мингео мелких золоторудных рудопроявлений, в том числе бесперспективное Благодатное месторождение с прогнозными ресурсами около 36 тонн и низким содержанием золота (1 грамм в тонне). Был составлен и утверждён проект на проведение поисково-оценочных работ на этой площади, и начаты эти работы собственными силами.

Организованная по приказу Хазрета Меджидовича в сентябре 1995 года геологоразведочная партия, вначале имеющая всего один старый буровой станок и менее десяти человек состава, уже к началу 2000-х годов разрослась до средней, а затем и до одной из крупнейших в регионе, работающих на поисках и разведке золота, с ассигнованиями в сотни миллионов рублей.

Силами этой партии как до 2002 года (когда Хазрет Меджидович был избран президентом Адыгеи), так и после, уже под руководством его племянника Владимира Кушуковича Совмена, были доизучены практически все имеющиеся на площади золотые рудопроявления, из которых доразведаны с подсчётом и утверждением запасов мелкие и средние по запасам месторождения Оленье, Золотая Тырыда, Титимухта, и все они были вовлечены в отработку.

Начаты и продолжаются геологоразведочной партией до сих пор работы по доразведки флангов и глубоких горизонтов как Олимпиадинского, так и нового Благодатного месторождений. Запасы и без того уникального Олимпиадинского месторождения были увеличены за этот период более чем на 900 тонн.

Самым значимым результатом работы разведочной партии стала оценка Благодатного месторождения, после трёхлетней разведки запасы его составили 222,4 тонны с содержанием золота 2,4 грамма на тонну и были утверждены Государственной комиссией по запасам полезных ископаемых в 2005 году, а с 2009 года уже были вовлечены в отработку. К настоящему времени запасы его увеличены почти в 2 раза, и уже добыто на нём (на начало 2020 года) 160 тонн золота.

Выявление такого крупного по запасам золота месторождения всего в 20 километрах от уникального Олимпиадинского - явление в геологии уникальное, и оно существенно увеличило сырьевую базу и перспективы развития "Полюса", являющегося в настоящее время самым крупным производителем золота в России и входящего в десятку крупнейших в мире!

Считаю своим долгом напомнить работающим сегодня в "Полюсе" о том, что основы этого грандиозного успеха компании были заложены коллективом тогда ещё артели старателей "Полюс" под руководством Хазрета Меджидовича Совмена, и жаль, что такая крупная компания не имеет даже своего музея, где бы сохранялась эта благодарная память!

В более поздние годы моей работы в "Полюсе", когда у него появились объекты в Якутии, Магаданской и Иркутской областях, организовано было и расширено Московское представительство. Я многократно с ностальгией вспоминал то время, когда руководителем был Хазрет Меджидович и на принятие им решения по любым моим вопросам уходили минуты, а не недели и месяцы, потраченные мной на бессмысленные согласования их с многочисленными чиновниками компании, абсолютно не разбирающимися в моей сфере, но, в силу предоставленных им полномочий, затягивающими согласования единственно для создания мнения о своей необходимости и значимости.

Мне жаль, Хазрет Меджидович, что мало пришлось с вами поработать - всего 8 лет, но спасибо судьбе и вам за этот отрезок моей трудовой биографии, проведённый под вашим руководством.

Здоровья вам и долгих лет жизни!

Юрий СТРАГИС,

бывший главный геолог "Полюса" (1994-2006 годы).

Напишите свой комментарий

Гость (премодерация)

Войти

Войдите, чтобы добавить фото

Впишите цифры с картинки:

Войти на сайт, чтобы не вводить цифры