Загадки из тридцать седьмого не разгаданы и поныне

Добавить в закладки

Удалить из закладок

Войдите, чтобы добавить в закладки

24.01.2021 09:05
0

Читать все комментарии

743

С интересом читаю в пятничных номерах газеты воспоминания старейшего журналиста "Красноярского рабочего" Василия Васильевича Кирьянова "Ну, как нам не радоваться, на судьбу роптать?"

В очередной публикации за 15 января этого года, где речь шла о тяжелейших для народа годах репрессий, нашла любопытные факты. Жена журналиста, Дуся, недолгое время служила в ГПУ. Но однажды, придя домой, сказала мужу: "Не могу я так больше! Не могу!"

Оказалось, в этот вечер они забирали безобидного семейного мужика. А когда уводили этого "врага народа", маленькие ребятишки уцепились ей в подол и, захлёбываясь от крика и рыданий, упрашивали: "Тётенька! Не уводите нашего папу, оставьте нам папу!"

С трудом удалось Кирьянову уговорить начальника ГПУ освободить жену от чекистской работы. Трагичной оказалась дальнейшая судьба этого начальника. В разгар репрессий, вернувшись из Москвы со списком, кого надлежит немедленно посадить, он уничтожил этот список и застрелился.

И таких трагедий было немало. Хочу рассказать одну историю...

Сталинщина чем страшна? Она горе распространяла, ломала судьбы людей, оставшихся в живых, рушила семейные связи. В одной из семей Ермаковского района произошла трагедия, виной которой стал всё тот же молох политических репрессий.

У Алефтины Александровны Ольгиной хранится фотография, доставшаяся от мамы, Марии Константиновны Вохминой (девичья фамилия Меткижекова). С фото 1936 года на нас смотрят её старшая сестра Анна с мужем Михаилом.

Обоим по девятнадцать лет. Оба молоды и красивы, полны радужных надежд, которым, увы, не суждено было сбыться. Жизнь того и другого оборвётся в 1937-м: Анна покончит самоубийством, Михаил погибнет при неясных обстоятельствах...

После школы Анна Меткижекова училась в Минусинском медучилище, но когда начались практические занятия в морге, не выдержала этих посещений и оставила учёбу. Потом окончила курсы машинисток и стала осваивать новую специальность.

В Минусинске же встретила она свою судьбу - Михаила. Вышла за него замуж. Однако прожили супруги вместе недолго: он уехал служить на Дальний Восток, а она вернулась к родителям в хакасский районный центр - село Аскиз. Уверены были, что расстаются лишь на время. Перед отъездом сфотографировались, чтобы легче перенести разлуку.

В Аскизе Анну как партийную, грамотную и хорошо владеющую печатной машинкой взяли на работу секретарём-машинисткой и делопроизводителем в организационный отдел райисполкома. Через неё проходило много документов, в том числе и секретных. Какие-то из них она печатала, какие-то отправляла, какие-то получала и регистрировала...

Проработала не больше года и летом 1937 года без объяснения причин кому бы то ни было наложила на себя руки - застрелилась. Застрелилась из винтовки, которую ей в своё время подарили за первое место в стрелковых соревнованиях. Сделала это тогда, когда отец был на покосе, мать - у родственников, а дома оставались только младшая, двенадцатилетняя, сестра Маша и двухлетний брат Толик.

Перед этим написала прощальное письмо мужу на Дальний Восток, запечатала конверт и попросила сестрёнку отнести его на почту. Когда Мария вернулась, дверь в комнату Анны была изнутри накрепко закрыта, оттуда доносилась игра на гитаре и пение сестры сквозь слёзы.

Маша попыталась открыть дверь, но не смогла.

- Аня, ты почему закрылась? Открой дверь,- стала уговаривать она сестру.

И услышала в ответ:

- Уже поздно!

И раздался выстрел винтовки...

Как потом выяснилось, пуля попала прямо в сердце. И это понятно: ведь Анна была одновременно и метким "ворошиловским стрелком", и медиком. Она всё заранее продумала и даже приготовила себе одежду к похоронам: на плечиках за занавеской висело чистое, отглаженное светлое платье, шарф к нему и туфли.

А дверь взломали с большим трудом: оказалось, что её держала просунутая в ручку кочерга, накрепко обмотанная полотенцем...

Марии запомнилось, как после самоубийства сестры в доме долго шёл обыск, всё было перевёрнуто вверх дном. Искали, видимо, копии каких-то секретных документов, которые она могла принести в дом. Ничего не нашли.

Эта беда случилась, когда счастье, казалось, уже было совсем близко - Михаилу, отслужившему год, разрешили пригласить на место службы жену. Они уже договорились, что она к нему приедет, уже были собраны вещи в дорогу.

Но её почему-то с работы не отпустили. И, похоже, там произошло ещё что-то, чего она не смогла пережить и покончила с собой. Она могла печатать и читать страшные документы, которые приводили в шок. Хотя бы спущенные из Москвы шифровки-распоряжения об увеличении лимита на расстрелы так называемых врагов народа. Или видеть расстрельные списки со знакомыми ей именами жителей Аскиза.

Никогда ни с кем о своей работе она не говорила. И потому, что была очень ответственной (все работающие с секретными документами давали расписку о неразглашении тайны). И потому, что боялась. И не столько за себя, сколько за близких - одно неосторожное слово или высказывание могло навлечь беду на её родных.

Поэтому всё держала в себе. Поэтому посоветоваться, да и просто поговорить, чтобы облегчить душу, ни с кем не могла. Поэтому и из жизни ушла молча, не оставив даже записки.

А могла ли она поступить иначе? Представьте на миг себя на её месте. Вы знаете, что знакомых вам жителей соседних улиц, которые здороваются с вами при встрече, ждёт арест и расстрел, а предупредить и спасти их не можете - сами окажетесь врагом народа со всеми вытекающими последствиями, да ещё и всю семью свою поставите под удар. Но и знать, носить в себе жуткую правду, смотреть обречённым людям в глаза тоже больше нет сил...

Вот и получается, что это был единственный выход в её ситуации. Она не запятнала себя злодеянием, осталась порядочной по отношению ко многим невинным людям и в то же время не нарушила партийной дисциплины, данного слова о неразглашении тайны. Это мужественный поступок для двадцатилетней женщины.

Родители безумно любили Анну, души в ней не чаяли, очень гордились ею. Была она красивой, начитанной, интеллигентной. Хорошо играла на гитаре и пела. Умела со вкусом одеваться: глядя на неё, даже нельзя было подумать, что она из простой семьи. Односельчане уважали Анну и, несмотря на её молодость, обращались к ней по имени-отчеству. Хоронить её вышло всё село...

Отец с матерью очень тяжело переживали смерть любимой дочери. Оба неоднократно пытались повеситься, но их каждый раз спасали от петли, долго с ними отваживаясь. Мать так много плакала, что совсем ослепла. И неудивительно. Когда человек погибает на войне или от болезни, это тяжело, но предсказуемо. А когда родное дитя уходит из жизни неожиданно, в расцвете лет, это страшный удар, который трудно перенести.

Казалось бы, всё у дочери складывалось хорошо. Была здорова, красива. Получила, как им думалось, хорошую работу, вышла замуж по взаимной любви. Они с нетерпением ждали внуков, мечтали, как будут нянчиться с ними. И вот всё в одночасье рухнуло...

Муж Михаил до конца не мог поверить в смерть жены. Когда получил от неё письмо, прислал ответное, что не верит её прощальным словам, что она просто-напросто его разлюбила, нашла другого. Не поверил и родным, сообщившим ему о смерти Анны. Убедился в их правоте лишь тогда, когда получил фотографию с похорон любимой.

Кстати, и сам Михаил вскоре погиб при странных обстоятельствах. Поехал в Аскиз, чтобы узнать подробности случившегося с женой, но так и не добрался до места. Сообщали о якобы несчастном случае, который произошёл с ним. Не исключено, что его могли "убрать" за излишнее любопытство...

Причина добровольного ухода из жизни Анны Константиновны Меткижековой (фамилию по мужу родня не помнит) навсегда останется загадкой для её родных и близких. Думается, что её судьба при любом раскладе была бы трагичной. Если бы она сама не ушла из жизни, ей рано или поздно "помогли" бы это сделать. Она слишком много знала, а в те страшные годы свидетели были не нужны.

Трагические события репрессий были роковыми не только для тех, кто непосредственно попадал в тюрьмы, ссылки и шёл под расстрел, они ломали судьбы родственников, оставшихся в живых. Так случилось и здесь. Родители Анны лишились здоровья, надломились, потеряли всяческий интерес в жизни.

Много претерпела и младшая их дочь Маша. Не будь этой трагедии, возможно, у неё жизнь сложилась бы иначе. Ей, ученице пятого класса, пришлось тогда бросить школу и пойти работать в 13 лет, заменив потерявшую здоровье мать-доярку.

Девочка взяла всю группу её коров и обслуживала животных наравне со взрослыми. Можно только догадываться, чего ей это стоило. А ведь на её детских плечах ещё лежали домашнее хозяйство, уход за младшим братом и больными родителями. Так со смертью старшей сестры закончилось и детство младшей.

Со временем Мария села на трактор, после него - на комбайн. Не удивительно, что в годы войны она успешно освоила боевую технику и стала водителем пулемётной установки. Мария Константиновна воевала на Дальнем Востоке на границе с Японией, была награждена боевыми и юбилейными наградами.

Каждую осень, в день памяти жертв политических репрессий, сёстры Алефтина Ольгина и Оксана Бурминова вспоминают не только своего деда Ивана Андреевича Вохмина, расстрелянного в городе Минусинске в 1931 году, но и свою тётю Аню, оказавшейся, по сути, жертвой Большого террора.

Лариса ГОЛУБЬ,

член Союза журналистов РФ, председатель Ермаковского отделения Союза реабилитированных Красноярского края.

Напишите свой комментарий

Гость (премодерация)

Войти

Войдите, чтобы добавить фото

Впишите цифры с картинки:

Войти на сайт, чтобы не вводить цифры